ilya_abramov_84

За вечер он, наверное, раз сто предложил мне выпить пива. Одной заевшей фразой:

- Пиво буешь!?

- Я не хочу!

- Пиво буешь!?

На стопервый раз я сказал, что он меня достал, но ничего не изменилось. Это был Иван из Кудымкара. Ровесник - это единственное что нас объединяло. Ах, да, еще мы оба женаты. Но он своё кольцо потерял три года назад, когда купался. Не восстановил – так ему, думается, удобнее.

- Тыатье?

- Что? – не понял я.

- Тыатье?

- Что? – я переглянулся со Светой, но она тоже пожимала плечами. «Может Ваня переключился на коми-пермяцкий» - подумалось мне.

- Ты атец? – с ударением на «ты», наконец, внятно спросил он, имея в виду беременность моей жены.

- А кто же еще – удивился я, не сразу поняв, что для вахтовиков это может быть актуальнейший на свете вопрос.

Вове посвящается

"Едко. О спорте. Глаголом. Жечь" - краткое содержание.

Информация о заработках некоторых профессиональных спортсменов выбивает из колеи. Но верхом абсурда мне показалась ситуация с формулой 1. Русский гонщик Петров говорит, что не может найти русского спонсора, который платил бы за вождение по кольцу. Для меня был шок, что надо платить за само участие в гонках. Сумма потрясает. При этом сам гонщик ничего не зарабатывает - его тоже кормит спонсор. Там всё шиворот навыворот - слагаемые не образует сумму. Следует логичный вывод, что формула неправильная! Надо заново выводить. А ухищрения моторостроителей в создании форсированных двигателей перевести в более продуктивное русло. Хватит уже без толку резину жечь, шампанским обливаться! 
Нельзя в России строить фешенебельные гоночные трассы, пока нет нормальных дорог. Это кощунство! Зачаточной культурой по ходу прививаться: бычками по обочинам не разбрасываться! 

Чернобыль постепенно мифологизируется и от этого никуда не деться. Это свойство человеческой памяти.

У Константина Паустовского есть произведение "Первый рассказ", место действия которого происходит в Чернобыле задолго до катастрофы. Я переписал начало этого рассказа, как если бы он был написан много позже трагических событий. С учётом того многочисленного творчества (книги, игры), которое посвящено Чернобыльской теме:
 
Я возвращался на пароходе бронекатере по Припяти из местечка зоны отчуждения "Чернобыль" в Киев. Лето я прожил под Чернобылем, в запущенном имении отставного генерала сталкера Левковича . Мой классный наставник босс устроил командировал меня в семью группировку Левковича в качестве домашнего учителя тренера по стрельбе. Я должен был подготовить генеральского сынка-балбеса к двум осенним переэкзаменовкам в Рязанском воздушно-десантном командном училище.

Старый помещичий дом стоял в низине Тёмной лощине. По вечерам вокруг курился холодный радиоактивный туман. Лягушки надрывались в окрестных болотах, и до головной боли пахло багульником и ржавым металлом.

Шалые сыновья Левковича били диких уток мутантов из ружей прямо с террасы во время вечернего чая.

Сам Левкович - тучный, сивоусый, злой, с вытаращенными от радиации черными глазами - весь день сидел на террасе в мягком кресле и задыхался от астмы лучевой болезни . Изредка он хрипло кричал:

- Не семья, а шайка бездельников сталкеров! Кабак Боржч! Всех выгоню к чертовой тетке кровососам! Лишу наследства хабара!
...

Глядя на испещренный могильными впадинами план, думаешь, насколько иначе всё это выглядит в реальности. Так легко растекаться мыслью по древу сидя в кабинете, делать выводы, искать закономерности. Можно педантично распланировать раскопки, разбить сетку для выноса в натуру, подсчитать объемы. А каково было бы растекаться по древу глядя вот на такой план!

А ведь изображено одно и тоже место! Новых могил там не появилось (это древнее кладбище), просто сказывается разница в методике съемки. Этот глазомерный план родом из 60-х мы имели на руках, приступая к работе в нулевых. Сняв тахеометром план этой местности в 2011 мы поразились разнице. Однако, чтобы она стала очевидной пришлось изрядно потоптаться в могилах и возле оных.