Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Вездеход "Боотур" Осипа Андреева и Внутренняя Якутия

Тойота Хайс пылила по трассе «Вилюй» в глубине Якутии. Белая пелена застилала обочины. Разглядеть что-либо можно было только через лобовое стекло, но я сидел сзади, в темноте тонированного салона. Позади громоздились тюки, на крыше громоздились тюки – мы были типичной удалой кибиткой, которая неслась куда-то в азиатской пыли. Якут по соседству вытирал попу малышу. Он не справлялся с напором, и обозначил головой путь к сумке, где была туалетная бумага. Я начал отматывать и отрывать, отматывать и отрывать. Мужчина ни капли не досадовал, наоборот, радовался, что кто-то изобрел памперсы. Я позавидовал такому ракурсу. Ехать ему до самого Ленска, а потом еще дальше – в глубину леса. Больше суток в минивэне от самого Якутска. Паромы, переправы и рулоны туалетной бумаги.

Переправа через Вилюй
Переправа через Вилюй
Collapse )

Авиарейс Екатеринбург - Салехард

На открытие своей выставки в Салехард летел из Екатеринбурга прямым рейсом Ямальских авиалиний. Середина февраля. Сухой Суперджет с Белым мишкой на борту: 1.45 полетного времени, 1300 км, высота 10 км. 

Сидел у окна, чтобы снимать. Мне повезло, на большей части пути облачность была не сплошной. К своему удивлению обнаружил, что физически побывал на большей части обозримого под крылом пространства. Это и есть то самое Таёжное Зауралье, которое я презентовал в Салехарде. Даже не нужна карта, чтобы понять где летит самолет. На участке от Екатеринбурга до Березова (900 км) уверенно узнавал изгибы рек, трассы газопроводов.

Collapse )

Лыжнёю Ночи

Не спится. Огромная и полная маячила сначала в купейном окне, теперь заливает комнату ночным светом. Даже если от нее закрыться, бессонное влияние никуда не исчезнет. В голове та же ночь, зимний лес и лыжный след.

Я хорошо помню эти магические ночи. Лес залит лунным светом, снег так ярко блестит и искрится, что фонари ни к чему. Красиво и страшно. Запокойное мерцание, полная инверсия цветов, обратная сторона дня, света, самой жизни изнанка. В такую ночь я бы не рискнул идти один, хотя делал это не раз.

Хорошо помню первые ощущения от зимних лыжных переходов. Электрички ходили так, что мы вечно приезжали на Усьву ближе к полуночи. Вставали на лыжи и шли во тьму четыре-пять часов кряду: вдоль шумящей реки, под огромными Столбами и Чертовым Пальцем, куда-то вбирались, спускались, пересекали реку, топтали поляну, ставили лагерь. Для новичка это был невероятный мир ночных открытий. Лучи фонарей, морозное дыхание, растянувшаяся цепочка лыжников, заиндевевшие деревья. Таежный слалом, вечно ломающиеся советские крепления, садящиеся фонари, незнакомая местность, отсутствие опыта. Все это пугало и покоряло. Я так и запомнил эти места ночными и зимними, хотя много раз был там и днем и летом. Уже не то: красиво, жизнеутверждающе, но не цепляет: ночной образ куда сильнее.

Кони привиредливые

Collapse )

Убить пересмешника

Есть произведения, которые пронзают как шило искренней прямотой и непосредственностью. «Убить пересмешника» написано обескураживающе сильно и просто. Незамутненный детский взгляд на извечное человеческое общество, которое декларирует справедливость и равноправие, само при этом руководствуется двойными стандартами. И это не порок (хотя в христианской традиции, безусловно, да), а скорее сама природа общественного устройства.  Двуличие как по отношению к себе, так и по отношению к другим.
И чем больше живешь, тем больше видишь, что нет никакой правды, нет никакой справедливости, всё это не более чем временные умозрительные конструкции, чтобы удобнее и безопаснее жить. Не более чем общественный договор, по поводу того, что и как можно делать. Договор «заключается» на какой-то период и регулярно пересматривается. Справедливость отвечает запросам конкретной исторической эпохи, не более и не далее. Вчера негра можно было убить, сегодня он наравне с женщинами обладает избирательным правом. Полтора столетия назад философы рассуждали об убийстве «темных рас» из милосердия. Случился по историческим меркам невероятно быстрый прогресс морали, без лукавства.

Хочется мыслить в том направлении, что чем больше людей на планете, тем сложнее правила общежития, следовательно, выше уровень осознанного миролюбивого поведения (напрямую коррелирующего с уровнем образования) и способность договариваться. Это одна плоскость: уровни мышления, зависящие от воспитания, образования. Совсем другая плоскость - упомянутое двоемыслие и непоследовательность (вариабельность) мышления, свойственные всем людям. Всегда есть бинарность: «я» о «они», «мы» и «они». Хотим мы того или нет, в миру работают двойные стандарты. Дети видят это отчетливо, что и показывает история Ли Харпер. Взрослые же перестают это замечать, критически воспринимать, с возрастом обретают удивительные и спасительные навыки убаюкивания совести. Впрочем, полное овладение навыком двоемыслия исключает сам процесс «убаюкивания совести» - ее уже не должно быть. Политика – сфера профессионального и нацеленного применения двоемыслия.Слушаешь и удивляешься.

К двоемыслию привыкаешь быстро – это норма мышления, а не исключение. Отчасти это и средство психологической защиты, иначе на почве «несправедливости социального устройства» можно сойти с ума. Но не на всё в жизни получается закрыть глаза, потому что хочется объяснений.  Это проблема высшего образования. Оно формирует некоторые «завышенные» социальные и политические ожидания, в то время как реальность им не соответствует и не может соответствовать (Кордонский С. Социальные функции образования) Когда видишь явленное в действиях двоемыслие повсюду: от себя до президента,…такие наблюдения отнюдь не радуют.
Удивляет невероятная изворотливость психики и способность убедить самого себя в самой неправдоподобной правоте.

— Аттикус, ты, наверно, не прав.
— Как так?
— Ну, ведь почти все думают, что они правы, а ты нет...
— Они имеют право так думать, и их мнение, безусловно, надо уважать, — сказал Аттикус.


Фактически чувство собственной правоты (включая коллективные формы) и есть мерило всего и вся. Эта глобальная неустранимая субъективность подавляет. Потому что, когда правыми вдруг оказываются все, значит, истина не эксклюзивна, значит, должна быть конвертируема, значит, может достигаться путем переговоров (т.е. по большому счету ее просто нет). История показывает, что люди вместо долгих и трудных переговоров, часто выбирают силовой сценарий. Звериный путь.

Есть в нашей жизни что-то такое, от чего люди теряют облик человеческий: они бы и хотели быть справедливыми, да не могут.

В книге открытым остается детский вопрос про Гитлера. Как он мог так поступить с евреями? Но не лучше ли попытаться ответить на вопрос: а почему вдруг не мог? Он ничего не сделал такого, чего бы мир не знал и не делал до него. Лишь индустриальный масштаб, да мрачная решимость немецкой идеи затмевают предысторию. Очевидно, что Гитлер и сегодня не понят, из него просто сделали пугало. Не понята природа тоталитаризма, не наложено вето на механизмы порабощения умов – вот оно настоящее Сердце Тьмы.
Проблеском становится мысль, что публичной совестью целого города, страны, нации может стать один единственный человек с незамутненным и непоколебимым (чего бы это ему ни стоило) мерилом истины – камертоном общественной совести. Хватило бы только сил - Стефан Цвейг вот застрелился - и это был тоже ответ.

Вот что я хочу вам сказать: есть на свете люди, которые для того и родились, чтобы делать за нас самую неблагодарную работу. Ваш отец тоже такой.

В Америке, так сложилось, что чаще всего в этой роли выступают судьи и адвокаты, а теперь еще и IT-шники. Адвокаты в истории США оказываются большими праведниками, чем христианские пастыри. Их голос утверждает, что «А» это «А», даже если соседи и единоверцы готовы линчевать за инакомыслие. Эти люди могут быть неизвестны широкой публике, и потому книги вроде «Убить пересмешника» становятся откровением. За них хочется сказать "спасибо"!

2014-й, оглядываясь

Хорошо, что 2014-й закончился - от него осталось ощущение усталости. По астрологическому прогнозу 2015-й будет лучше, по крайней мере, у козерогов. Моя мама регулярно перед Новым Годом покупает астрологическую газету и дает почитать после боя курантов. Так вот, что мои неясные ожидания 2015-го в личном плане совпадают с прогнозом. Перечитал эту же газетку за 2014, чтоб верифицировать прошедший год - опять, похоже. Эх, астрология. А прогноз на 2014-й, действительно, был так себе.
Работы стало в разы больше, но в доходах это почти не отразилось, точнее их съели кратно увеличившиеся расходы. Обидно, но как есть. Радует, что было много работы на перспективу, причастность к большим проектам. Этой динамики ранее не хватало, теперь можно жаловаться на загруженность. Время превратилось в главный ресурс, который приходится распределять, но ежедневник я все-таки не завел. Обозначились горизонты жизни и перспективы - ничего сверхординарного в них не видно, а ведь человек живет надеждами на охо-хо. Хорошо все-таки, что будущее скрыто завесой тайны.

Collapse )

Велосипедом по Предуралью

Дальше, дальше…Легко педалировать по гладкой хорошо укатанной дороге. Быстро несется велосипед в синюю слегка подернутою дымкой даль.
Сколько наслажденiя, какую бодрость духа прильетъ въ вашъ усталый организмъ стальной конь. В несколько минутъ онъ перенесетъ васъ из душнаго города на просторъ деревенскихъ полей, на берега пустынной реки. Я советую каждому мало-мальски здоровому человеку, располагающему по летам некоторым досугом прiобрести велосипедъ, чтобы делать экскурсiи по глухимъ деревенскимъ уголкамъ.

А. Михайлов «На Севере Урала»

SAM_3122

Мне всегда нравилось Камское Предуралье за уютное сочетание холмов, речек, полей.Collapse )

На Карском Взморье Воздух Свеж

ЭЭ-2013_ ЯМАЛ_1845

Тот вечер памятен мне. Холодное море, негреющее солнце, пронизывающий ветер. Обычное лето Кары. Полевой ужин. Сели за стол в телогрейках, в штормовках. Как всегда. От прочих этот вечер отличало лишь то, что он был последним на берегу Карского моря. Завтра мы возвращались на месторождение и разъезжались. Наше совместное с экологами поле подходило к концу. Мы прошли его разными маршрутами, разными ногами, разными глазами. Прошли успешно: материал собран, зерна отделены от плевел. И вот мы снова вместе: стол накрыт, приподнятое настроение, предвкушение выпивки. Достано НЗ, ярко заблестели глаза.
Collapse )

Судьба краснокожих

Часть 1
P1320940

Это была любопытная встреча. Конечно же, случайная. Мы смотрели граффити в подворотне гостиницы в Рапид-Сити (столица Южной Дакоты), когда к нам привязалась молодая индианка из местной тусовки. Добрая, но пьяная Элис. Дистанции для нее не существовало – приблизившись вплотную, она с жаром выбрасывала слова. На нас обрушился малоразборчивый речепоток. Каталина оказалась более благодарной и понятливой слушательницей чем я, и через минуту Алиса готова была повиснуть у нее на шее, обливаясь слезами. Алиса сетовала на то, что ее не пускают в бар. Показала нам электронный пропуск в резервацию и укоризненно тыкала в свою фотографию. Как мы поняли, ID требуется предъявить бармену, чтобы тот удостоверился в возрасте (21 год в США). Широким жестом Алиса показала, как ее пропуск летит в угол. Губы ее выразительно искривились. Нам была обрисована картина дискриминации, и по-человечески Алису можно было понять, но не очень-то верилось, что все обстояло именно так. От нее выразительно несло алкоголем, и было понятно, что несмотря на отказ, она нашла то, что искала. И там где ей наливали, никто не спрашивал, сколько ей лет.
Collapse )

Не Богом Единым

Пролог 1. Прочитали с женой статью в Огоньке про навязывание православного образования в дошкольных и школьных учреждениях. Про белгородское православное княжество. Нехорошо как-то стало.
Пролог 2. Я наслаждался бифштексом в кафе, когда наш патриарх стал вещать о «духовной суверенности», «скрепах», «русской идентичности», «этносах и народах». Все эти формулировки так резали слух, что я перестал ощущать вкус еды. Потом зачитали послание Путина, потом высказался Иванов. «Да что ж такое – у них что, один спичрайтер!» Это был последний православный собор, осенью еще, когда всем-вдруг-вокруг стало понятно, что церковь – это департамент православной пропаганды.

Бабушка, благослови меня, я в школу пошел
Мне это знакомо, потому что и у меня была бабушка-церковница, которая читала мне детскую библию, а я спрашивал ее, когда же в церковь пойдем – тело христово вкушать (мне нравилось), да и пора уже исповедоваться – я внушил себе, что грешен. А бабушка мне отвечала в том духе, что до семи лет Бог все прощает тут же. Потом нет…
Я отстаивал двух-трехчасовые службы, пока моя бабушка пела на клиросе. Сесть было неловко. Время от времени бабушки падали ниц, а я один оставался как перст, потому что падать на пол совершенно не хотелось - с чего вдруг? Про опасный грех гордыни я еще не знал.

Collapse )